Skip to main content

Ледники, климатическая политика и экоактивизм в Кыргызстане. Интервью с экспертом Калиёй Молдогазиевой

Интервью с Калиёй Молдогазиевой, экспертом по экологии и здоровью, директором Центра человеческого развития «Древо Жизни» и членом правления «Зелёного Альянса Кыргызстана». Беседовала Алия Веделих (Ecostan News) специально для Климатической сети гражданского общества Центральной Азии.

Алия Веделих (АВ): У Кыргызстана самые низкие выбросы парниковых газов, если считать на душу населения, в регионе Центральной Азии и в шесть раз ниже среднемировых. Насколько вообще актуально для вашей страны сокращать выбросы и насколько кыргызстанское правительство привержено достижению углеродной нейтральности?

Калия Молдогазиева (КМ): Дело даже не в том, что Кыргызстан выбрасывает парниковых газов меньше, чем другие страны нашего региона. Климат меняется по всему миру и в разных странах это происходит по-разному. Общими усилиями мы должны сдержать повышение глобальной температуры в пределах полутора градусов.

В Кыргызской Республике мы уже наблюдаем более частые и интенсивные экстремальные явления, такие как засуха, непредсказуемая сезонная погода, оползни, сели и лавины. Если человечество не сможет сократить выбросы парниковых газов, в Кыргызстане потеплеет почти на 7 °С. То есть несмотря на то, что в Кыргызстане нет больших выбросов парниковых газов, изменение климата напрямую на нас влияет.

Мы — горная страна, основным источником воды для которой являются ледники. Для нас глобальное потепление это прежде всего таяние ледников, что ставит под угрозу доступ кыргызстанцев к воде.

Потепление будет проявляться не только в эволюции оледенения и объёмах ледникового стока, изменится общий сток — он уменьшится. Повышение температуры воздуха на один градус ведёт к росту интенсивности испарения на 16%. Это, даже на фоне сохранения нормы осадков, не говоря о её снижении, будет сопровождаться сокращением водности рек. Это, в свою очередь, будет сказываться на орошаемости сельскохозяйственных полей и, соответственно, на их урожайности. Поскольку верховья крупных рек Центральной Азии находятся в Кыргызстане, то ухудшится обеспеченность водой всего региона.

АВ: Какие секторы или регионы уже ощутили последствия изменения климата? Как они проявлялись и какой урон нанесли? Какой была реакция у населения, бизнеса и государства? Как вообще простые граждане относятся к проблеме изменения климата?

КМ: В тех районах страны, где на фоне повышения средней температуры ещё и увеличивается количество осадков, учащаются такие чрезвычайные ситуации, как лавины, сели, паводки и оползни. В других районах, наоборот, усиливается засушливость, что приводит к увеличению водопотребления в сельском хозяйстве и усиливаются споры за водные ресурсы.

Дополнительная нагрузка для наших ледников — горнодобывающая деятельность. Когда такие работы проводятся рядом с ледниками, это приводит к их усиленному таянию и разрушению. Масштабы золотодобычи в Кыргызстане катастрофичны для наших ледников. На золоторудном комбинате Кумтора подверглись разрушению ледники Давыдова и Лысый. К примеру, общая масса горных пород, которые Кумтор уложил в бассейне ледника Давыдова за период с 1995 по 2014 годы, составляет 1,2 млрд тонн. Это в два раза больше изначальной массы самого ледника. По оценкам гляциологов, до начала отработки месторождения общая масса льда на леднике Давыдова составляла свыше 600 млн тонн или приблизительно 720 млн м3 чистого льда[1].

Наша экономика сильно зависит от наличия воды. 90% водных ресурсов Кыргызстана используются для орошаемого земледелия. Доля гидроэнергетических ресурсов составляет 90-94% от общей потребляемой энергии. Поэтому любые изменения климата отразятся на всех аспектах жизнедеятельности — как в Кыргызстане, так и в соседних странах.

Летом 2021 года и летом 2023 года в Кыргызстане поля фермеров настигла засуха: в стране был дефицит поливной воды. Особенно остро проблема ощущалась в Чуйской области, тысячи гектаров посевов оказались под угрозой гибели. В таких случаях фермеры обращаются за помощью к Президенту КР как к последней инстанции. Для того, чтобы уменьшить дефицит полива, Министерство сельского хозяйства КР предлагает фермерам проводить влагозарядковые и предпахотные поливы земель, а также поливать кормовые культуры осенью — чтобы уменьшить нагрузку на вегетационный период следующего года. Этим летом глава минсельхоза пообещал провести ремонт ирригационных сетей уже осенью, а не следующей весной, как это делается обычно.

АВ: Очевидно, что адаптация к меняющемуся климату для вашей страны более актуальна, нежели митигация. Какие меры уже приняло правительство для адаптации наиболее уязвимых секторов и социальных групп?

КМ: Ранее у нас получили закрепление на законодательном уровне приоритетные направления адаптации Кыргызской Республики к изменению климата до 2017 года, программы по адаптации для нескольких секторов: сельское и водное хозяйства, ЧС, лес и биоразнообразие, здравоохранение. Также были приняты Программа климатических инвестиций Правительства КР (2017 г.) и Концепция развития зелёной экономики в Кыргызской Республике (2018 г.). В 2015 году мы представили свой первый Определяемый на национальном уровне вклад КР в Парижское соглашение по климату, который был обновлён в октябре 2021 года.

Министерство природных ресурсов, экологии и технического надзора разработало проект Концепции долгосрочного развития КР с низким уровнем выбросов парниковых газов до 2050 года. Был создан Координационный совет по зелёной экономике и изменению климата, который привлекает средства Глобального экологического фонда, Адаптационного фонда и Зелёного климатического фонда на меры адаптации к климатическим изменениям. Государственная стратегия адаптации к климатическим изменениям уделяет внимание и вовлечению местных сообществ.

В этом году наше правительство приступило к разработке Национального адаптационного плана и отраслевых секторальных планов по адаптации. Для этого были определены четыре приоритетные сектора и ответственные учреждения:

  1. Управление бедствиями и чрезвычайными ситуациями — Министерство чрезвычайных ситуаций Кыргызской Республики;
  2. Здравоохранение — Министерство здравоохранения Кыргызской Республики;
  3. Сохранение биоразнообразия — Министерство природных ресурсов, экологии и технического надзора Кыргызской Республики;
  4. Сельское хозяйство и ирригация — Министерство сельского хозяйства Кыргызской Республики.

Для интеграции адаптационных мероприятий в планы развития, определены три уязвимые к изменению климата области — Ошская, Баткенская и Джалал-Абадская.

АВ: Насколько государство открыто к мнению представителей общественности в вопросах развития климатической политики? Выносятся ли проекты политических документов, касающиеся сокращения и адаптации, на публичное обсуждение? Насколько активно сами граждане вовлекаются в эти процессы?

КМ: Неправительственные экологические организации регулярно озвучивают свою позицию по климатической политике Кыргызстана. В частности, «Зелёный Альянс Кыргызстана», объединяющий более 40 организаций, выступил с единой позицией в 2022 году, в рамках подготовки к климатическому саммиту в Шарм Аль-Шейхе (27-й конференции Сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата — прим.ред.).

Тогда мы обратились к Правительству КР с одиннадцатью предложениями. Среди них: разработать дорожную карту в сфере изменения климата, интегрировать вопросы реальной адаптации к изменению климата во все национальные программы устойчивого развития и секторальные программы, принять закон «О ледниках». С остальными можно ознакомится в нашей позиции. Часть из этих предложений была принята Правительством КР.

Активисты и сами создают дискуссионные площадки. В ноябре этого года, в преддверии СОР–28 (28-я конференция Сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата — прим. ред.) “Зелёный Альянс Кыргызстана” выступил соорганизатором Национального форума по вопросам изменения климата. На этой площадке общественные организации высказали предложения по усилению национальной позиции, с которой позже официальная делегация Кыргызстана поехала на COP-28. На форуме мы также сформировали список рекомендаций в адрес правительства по достижению нашей страной к 2050 году углеродной нейтральности и укреплению национальной политики по адаптации.

АВ: Одна из главных угроз для региона — потеря ледников, которые расположены преимущественно в Таджикистане и Кыргызстане и которые являются главным источником воды для нас всех. 2025 год был объявлен ООН, с подачи президента Таджикистана, Международным годом сохранения ледников. Как думаете, что ещё могут сделать наши правительства и общественность, чтобы донести эту мрачную перспективу до международного сообщества?

КМ: Согласно Каталогу ледников 2018 года, в Кыргызстане находятся 9959 ледников. Сейчас ледники у нас занимают примерно 4% общей площади страны. Сравнив современный каталог и каталог ледников советского периода, журналисты выяснили, что количество ледников выросло на 1795. Но это не означает, что появились новые ледники. Число ледников выросло из-за того, что большие ледники растаяли и распались на много маленьких. В то же время общая площадь ледников за 70 лет уменьшилась на 16%…

Наиболее объективным показателем состояния и эволюции ледников являются многолетние данные по балансу массы ледников. Непрерывные ежегодные измерения баланса массы ледников проводились только на небольшом количестве ледников Кыргызстана. Среди них: Кара-Баткак, Голубина, Абрамова, Западный Сеук, № 354 и нескольких других. Баланс массы ледников в большинство случаев отрицательный. Редкий положительный баланс массы ледников связан с атмосферными осадками, выпавшими выше нормы. Наблюдения говорят об усилении деградации ледников, их отступлении с различной интенсивностью, значительном сокращении размеров ледников.

Таяние тянь-шаньских и памирских ледников грозит дефицитом воды всей Центральной Азии. Во всём регионе может резко сократиться количество поливной и питьевой воды, встать вопрос продовольственной безопасности, уменьшиться гидроэнергетический потенциал республик. В результате могут возникнуть напряженные социально-экономические ситуации.

Важно продолжать наблюдения за состоянием наших ледников. Такие мониторинговые данные помогают спрогнозировать не только риски и опасности, но и ожидаемое в регионе количество водных ресурсов. И в этом нельзя полностью полагаться на возможности внешних доноров. Мониторинг ледников в регионе должен осуществляться при содействии правительств центрально-азиатских стран, при активном вовлечении в этот процесс учёных, которых осталось не так уж и много.

В 2014 году я входила в группе учёных и экспертов, которая разработала и предложила Жогорку Кенешу законопроект «О ледниках». В группе со мной были гляциолог Рыскул Усубалиев, геофизик Исакбек Торгоев и ряд другие национальные эксперты. Депутаты Жогорку Кенеша Иманкожоева, Султанбекова и Иманалиев продвигали этот законопроект, он был принят в трёх чтениях. К нашему большому сожалению и разочарованию, он не был подписан тогдашним президентом Атамбаевым, с формулировкой: «В связи с нарушением процедуры принятия законов, влекущих сокращение доходной части бюджета».

В октябре 2019 года инициативная группа граждан, в которой состояла и я, создала народно–законодательную инициативу по рассмотрению законопроекта о ледниках. Мы провели круглый стол, на который пригласили гляциологов, экологов и метеорологов. В результате обсуждения решили, что законопроект нуждается в обновлении и дальнейшем продвижении. Многих тогда беспокоил вопрос, не отразится ли законопроект на привлечении инвестиций в горнодобывающую промышленность Кыргызстана.

Чтобы обновить законопроект и оценить его потенциальный экономический эффект, ЦЧР «Древо Жизни» привлёк специалистов — гляциолога Рыскула Усубалиева и экономиста Рахата Сабырбекова. В течение ноября и декабря 2019 года они обновили и расширили законопроект, обоснование и анализ регулятивного воздействия. Я включила в этот анализ аспекты из концепции зелёной экономики КР. Экономический анализ законопроекта, проведённый Рахатом Сабырбековым, показал, что его принятие будет иметь незначительный эффект на инвестиционный климат и национальную экономику в целом.

Экономический анализ показал, что экономическое значение горнодобывающей промышленности невысокое — всего 1,8% ВВП. Более того, работы на ледниках представляют риски для экономически более значимых отраслей экономики, таких как сельское и водное хозяйство. Внедрение данного законопроекта будет способствовать сохранению природного капитала и экосистемных услуг. В современном мире экономическая ценность экосистемных услуг Кыргызстана приобрела высокое значение, которое не сравнимо с вкладом нашей горнодобывающей промышленности.

Новый состав парламента пришел в декабре 2021 года. При этом наш текущий президент Садыр Жапаров уж неоднократно на международных конференциях и саммитах поднимал вопрос о сохранности ледников. Поэтому у нынешнего состава Жогорку Кенеш интерес к законопроекту «О ледниках» сохраняется. В октябре 2023 года я передала депутату ЖК Динаре Ашимовой последний вариант законопроекта. Будем надеяться, что Закон «О ледниках» будет в конце концов принят в Кыргызской Республике.

Кыргызстан — не единственная страна, которая разработала законопроект о ледниках. Подобный закон о ледниках есть в Аргентине. Он принят в 2010 году, также после неоднократных попыток, и работает по сей день. Закон устанавливает стандарты по защите ледников и предледниковых зон. Ледники являются жизненно важным источником питьевой воды для большей части Аргентины. В качестве механизма защиты выступает система штрафов и пеней за загрязнения и урон ледяным полям.

В Кыргызстане принятию закона «О ледниках» противостоит горнодобывающее лобби. Также не все депутаты понимают значение данного законопроекта. Хотя на многих конференциях и форумах представителями госорганов подчеркивается значение сохранности ледников для Кыргызстана и всей Центральной Азии. Я думаю, что международные организации должны сказать своё слово и поддержать Кыргызстан в этом решении.

___________________________________________________________________________________

 

Оригинал статьи на сайте Климатическая сеть гражданского общества Центральной Азии

 Ледники, климатическая политика и экоактивизм в Кыргызстане. Интервью с экспертом Калиёй Молдогазиевой

___________________________________________________________________________________

 

Filter

AllDoscredo bankGreen Alliance KGRural Development FundАбдырасуловаАнара СултангазиеваАсангариевАЭСАЭС в КыргызстанеБиблиотекаБишкекБлогВакансииВИЭДеятельностьДоскредобанкДСНУРДСпУНЗеленые дискуссииЗеленый АльянсЗеленый Альянс в СМИИзменение климатаКамбаровКачество воздухамиграцияМолдогазиеваНовостиОбращения и ПозицииОНУВПартнерствоПодкастПроект Ashar ChoyroРазноесмогсмогСотрудничествоУправление отходамиУстойчивое потребление и производствоФинансовые институтыЧлены Зеленого АльянсаЭкологическая миграция

Наша цель

Объединять людей, помогать им в развитии и поднимать уровень зеленой экономики в Кыргызстане

Кыргызстан

Бишкек
720011
ул.Абдымомунова, 145

Тел.: +996 312 901 216
Факс: +996 312 901 216

E-mail: office@green-alliance.kg